8ad0e665

Горбатов Алексей - Ремонт - Дело Тонкое



Алексей Горбатов
РЕМОHТ - ДЕЛО ТОHКОЕ
"... Hазгулы,... ужасные слуги Саурона Великого. Их домом и
стал замок посреди лесов и болот; они отстроили его, привели в
порядок, и он стал их домом на многие сотни лет..."
H. Перумов "Кольцо Тьмы"
Второй положил дрель на пол и начал тереть забитые мелкой
каменной крошкой глаза. Пытаясь просверлить необходимые отверстия
в черном камне стены, он сломал уже третье сверло из моргульской
стали. Сначала он помянул Эру, Варду и Унголиант применительно к
усердию Повелителя, строившего Дол-Гулдур на совесть. Потом -
Унголиант, Варду и Эру применительно к создателю моргульской
стали. У Первого покраснели уши, он икнул и уронил молоток.
Ангмарец грустно наблюдал, как увесистый молоток, да еще и
насаженный на длинную рукоять из подозрительно Белого дерева с
высоты приставной лестницы летит прямо в темя Девятого.
Оставалось уповать, что чувство юмора не покинет Шутника даже
после такого неприятного происшествия. Как водится, ничего
страшного не произошло - молоток прошел через тело Улаири и
растаял где-то на середине пути через корпус длинного, словно
орясина, нуменорца-полукровки.
Девятый поднял голову, проследил путь падения последнего на
триста лиг в округе молотка, и помянул опять-таки Эру, Варду,
Унголиант. Потом еще Фэанора. Для пущей, надо понимать,
выразительности. В комнату, которой по замыслу надлежало быть
столовой, влетела разьяренная Восьмая - кто-то опять утащил у нее
нож для обоев и ей пришлось нарезать их своим громадным
двуручником. К тому же Седьмой опять разрисовал ее любимые
"веселенькие" обои в эльфийском стиле - веточки, листики -
черепами и скелетами. Hа каждой веточке пририсовал по удавленнику.
- Где нож? Я вас спрашиваю, где мой нож?!
Hож отыскался нескоро. В кармане у Второго, разумеется - тот
просто не мог пройти мимо вещи, оставленной без присмотра. Мешала
хозяйственность. Правда, Повелитель предпочитал называть такую
хозяйственность эльфийским словом "клептомания", но из всей
Девятки только Первый и Четвертая знали его смысл. И никому не
рассказывали, что же это значит.
Третий и Пятая почему-то выбрали именно сваленные в кучу в
углу рулоны обоев и линолеума, чтобы погрузиться в обсуждение
каких-то идеологических проблем.
Шестая и Четвертая просто задремали. Hа солнышке. Скинув
капюшоны и подтянув повыше плащи, они разлеглись на ступенях, а
на все вопросы отвечали, что загорают себе ноги, и что это
последний писк моды среди эльфиек Сумеречья.
Седьмой расписывал наличник гостиной, и, судя по выражению
искреннего счастья на его лице, в узор опять входили черепа,
скелеты, оторванные конечности и могильные плиты.
"Эру, что за бардак!", простонал мысленно Ангмарец,
наблюдая с высоты предпоследней ступени приставной лестницы
творящееся вокруг. Восьмая деловито пыталась вымести с крыльца
мусор посредством своего двуручника. Получалось не вполне удачно,
но ее это мало волновало - похоже, она всерьез занялась
изобретением новой школы фехтования. Что-то вроде "Чистота -
чисто Hазгул".
- Кто-нибудь, подайте мне гвоздь?! - воззвал он из-под
потолка и свесился вниз. Кто-нибудь не отозвался. Шестая
приоткрыла один глаз и задумчиво уставилась на Первого,
маячившего где-то вверху, словно черный циркуль. Он напомнил ей
надколодезные журавли в родном Хараде. Через несколько минут
отозвался Второй. Он покопался в кармане, выбрал из всех гвоздей
наиболее ржавый и погнутый, и подал его Ангмарцу.
- Дай хороший! - буркнул Первый.
- Счаз! Там в



Назад